— Созависимость?

Помню, лет шесть назад я жаловалась своему приятелю и по совместительству психологу на то, что никак не могу расстаться с мужчиной.

— Понимаешь, мы все время ссоримся, ругаемся аж до скандалов! Иногда даже расстаемся. Но потом всегда миримся и решаем больше никогда-никогда до такого не доводить. И всегда доводим. Уже год так живем.
— Понятно, — экспертно вынес вердикт друг, — созависимые отношения.

Но тогда я даже не обратила внимания на это слово. Сбежала на передышку в Питер и как-то осталась тут жить насовсем.

И вот теперь — снова это странное слово «созависимость». Что бы оно значило?

Я начала искать ответ в поисковике.

«Созависимость — это паталогическое состояние психики…»
«Созависимость — это отказ от своей жизни и своих желаний…»
«Созависимость — это неизлечимая болезнь..»

Подождите, как это — я не здорова, если очевидно, что не здоров он?

Я нашла видео-лекции о созависимости и начала их смотреть.

Уже на первой меня захлестнула волна истерики. Нет, там никто нас, несчастных жертв, не жалел. Никто их, алкоголиков и наркоманов, не осуждал. Там говорили о важном — о жизни каждого человека и о любви. А еще о боге.

— Каждый рождается с потребностью получать безусловную любовь, — говорила женщина со сцены, — но не каждому удается ее получить. Кого-то постоянно критикуют, кого-то поощряют только за «правильное» поведение, кто-то вообще растет с химически-зависимым родителем или без папы-мамы. Давайте поговорим о деструктивных семьях.

О боже, нет! Нет! Все, что я так долго отпускала, прощала, выбивала из памяти всеми доступными способами снова вернулось ко мне. И вот так — через какой-то немыслимый роман, через такую боль и предательство.

Мне хотелось захлопнуть этот чертов ноутбук. Забыть о том, что я только что услышала. Закопаться, испариться. Проснуться и понять, что это просто сон. Ведь несколько лет назад я уже прорабатывала отношения с папой и мамой. И мне казалось, что все осталось в прошлом.

Но голос из видео был безжалостен:

— Мы своим детям даем только то, что имеем сами. Свой способ мыслить, свой способ действовать, свой способ прятаться от жизни.

Я росла в очень странной семье. Родители постоянно ругались-разводились, а я на это все смотрела и изо всех сил пыталась понять, почему так.

Меня били. Иногда — били сильно. Никогда не интересовались моими увлечениями и пытались слепить из меня идеальную модель человека. Каждый по-своему.

У меня никогда не было права слова и права выбора. Еще в детстве я поняла, что мое мнение — ничего не решает. Чувства не решают. Желания не решают. Я вообще что-то вроде пустого места, которое к тому же вот-вот должно стать кем-то значимым и важным на радость родителям.

Я часто закрывалась в своей комнате и мечтала, какой стану, когда вырасту. Я хотела стать не такой, как мама. Не ругаться с будущем мужем из-за денег, не критиковать его, быть любящей и понимающей. Не ограничивать свою жизнь домом и детьми, а работать и что-то из себя представлять. Чтобы муж меня уважал и любил. Я мечтала стать совсем-совсем не такой, как моя мама.

В день моего шестнадцатилетия папа просто исчез, оставив нам с мамой огромную кучу проблем с его партнерами по бизнесу. И я в полной мере вкусила, что такое жалость малюсенького города, перешептывания за спиной, депрессия мамы и полная безнадежность.

Я очень быстро стала взрослой. В тот момент, когда поняла, что папа больше никогда не придет, и нам с потерянной мамой придется как-то жить дальше вдвоем. В обнимку с кучей долгов, разневанными компаньонами отца и театрально сочувствующими родственниками: «Мы всегда знали, что отец у тебя, Алена, говно».

«Я никогда-никогда не буду такой, как мама»

Голос из видео продолжал:

— И вот со всем этим мы будем разбираться с вами здесь. Безусловно, одних лекций мало. Безусловно, надо читать книги. Это длительный процесс, который нуждается в знании, в желании, в настойчивости, в последовательности, в терпении. И надо понимать, что все это быстро не решится.

Продолжение следует…

Все части «Истории одной любви…»