Я на днях комедию смотрела старую. Американскую. 1984 года.

Там Джонни Депп ещё мальчик 16-летний, и комедия молодёжная, про отдых в отеле на море.
И вот первые кадры фильма: голубой бассейн, шезлонги, пальмы, красивые девочки в купальниках Виктория Сикрет — вот абсолютно такие же модели купальников как сейчас, да и девочки ровно такие же как сейчас, только причёски другие: у всех химия с начёсами.

И вот смотрю я на них, и вспоминаю: какие в СССР в 84 году были купальники и девушки. Вспоминаю эти страшные ситцевые трусы, висящие мешком на попе, и лифчики на четырёх крючках.

Вспоминаю советских женщин: с небритыми ногами, подмышками, и торчащими из трусов зарослями. Вспоминаю: как тогда было круто где-то достать, урвать, перекупить у кого-то — так называемый «импортный купальник». Одна только фраза «Я купила импортный купальник» — уже убивала наповал. И ведь никто даже не спрашивал: а откуда он? Какая страна-производитель-то? Неважно. Хоть польский, хоть югославский, хоть какой — главное, не в совке сделанный. Импортный — это значит не ситцевый, а эластичный, и с рисунком. Не однотонный, и не расцветки «советские обои», а какой-нибудь эдакий, разноцветный, с пряжечкой на трусах, а то и с завязочками по бокам! Неслыханный секс!

Правда, про эпиляцию нашим женщинам ещё никто тогда не рассказывал, поэтому и из импортных купальников тоже во все стороны торчали меха.
У меня в 13 лет был тряпочный ситцевый купальник, очень неприятного дизентерийного цвета, с оборочками на трусах. Мама его по талонам купила в универмаге Ядрань, когда мне ещё лет 10 было. Впрок. На вырост. А то потом совсем никакого не купишь же.

Помню, как эти ситцевые купальники брали на 3 размера больше, и сразу дома стирали. Потому что садились они после первой же стирки. Мама один раз себе купальник купила — а мама у меня женщина мясистая, килограмм под 80. Купила, постирала его, и мне отдала. 45-килограммовому бессисечному гельминту. Ибо только на меня он после стирки и налез.

И смотрю я эту комедию американскую, 1984-го года, и на купальники их смотрю, и на гладко выбритые ноги и прочее — и понимаю: как же плохо мы жили-то! У них Малибу, красивые купальники, красивые девушки, и коктейли мохито, а у нас Анапа, ситцевые страшные трусы с отвислыми жопами, толстые целлюлитные комсомолки с волосатыми подмышками, и Жигулёвское пиво. А ведь годы были одни и те же.

Да, я, как и все, выросшие в совке люди — с ностальгией и слезой вспоминаю и вкусное мороженое, и кофейную жвачку, и томатный сок в трёхлитровых банках, и даже ёжики с подливкой в детском садике. И зарплаты у всех были одинаковые, и вещи все носили одинаковые, и жареная курица была праздничным блюдом, и у нас было счастливое детство. Это правда. Мы радовались всему. Потому что этого «всего» было мало. Мы, как распоследние аборигены, из рук в руки передавали пустую железную банку из-под пива, и разглядывали её. Мы нюхали обёртки от иностранных жвачек и шоколадных батончиков, которые нам давали понюхать дети, чьи родители имели возможность выезда за границу. Ну, или старший брат служил в ФРГ.

Мы отдавали все свои игрушки в обмен на одного немецкого пупса. Ушатанного, раскрашенного ручкой, которая не оттиралась — но это был немецкий пупс, и он был точь-в-точь как настоящий маленький ребенок. И сейчас я это всё вспоминаю с тихой радостью и слезой. Я никогда впоследствии так не радовалась каким-то дорогостоящим и желанным подаркам — как тому разрисованному немецкому пупсу, которого я выменяла на всё, что у меня было.

Но как же обидно всё равно…
У моих ровесников в Америке были красивые игрушки, красивая одежда, настоящие нормальные человеческие купальники, отдельная комната в доме — а у меня был резиновый Юрий Куклачёв, с пищалкой в жопе, пальто с рейтузами, ситцевый купальник цвета дрисни, и жили мы семьями в одной комнате. Мои соседи, вон, всю свою жизнь прожили в одной комнате вчетвером. Три года назад только квартиры отдельные получили. 36-летние дети, и 60-летние их родители.

Ностальгия по СССР? Да. Да. Я скучаю по простыне на стене, и диафильмам — это же такое счастье было! Я вспоминаю, как мы всей семьёй ходили выбивать ковры на снег, и как потом в комнатах пахло. Как пельмени лепили все вместе. Как чёрно-белый телевизор, с самодельной проволочной антенной — пассатижами переключали. Как ждали выходных, чтобы посмотреть Утиные истории. Это всё ностальгия.

Но верни меня сейчас обратно в те же условия — я бы в окно вышла. А перед этим сошла бы с ума.

Комедию я так и не посмотрела. Мне уже от их купальников стало муторно. Буржуи. Вам бы в наш 1984-й. В Анапу. В наших купальниках. Чтоб утром под Пионерскую зорьку просыпались, и топали 5 км пешком на пляж, на гальке валяться, и чтоб по вам дети голые бегали, с пиписьками и с совочками. И чтоб из коктейлей только портвейн Три топора, а по телевизору VI съезд ЦК КПСС и Служу Советскому Союзу.

Из хорошего — у нас мороженое вкусное. И кофейную жвачку попробуйте. Обратно уезжать не захотите.